Любая ситуация пропажи человека – тревожная и потенциально опасная. Но бывают такие заявки, когда опытные поисковики, увидев вводные, откладывают все дела и, что называется, впрыгивают в ботинки. Среди них на одном из первых мест – поиск детей с особенностями развития.

Одну из таких историй рассказал наш координатор Артём с позывным «Фрэнк»:

«Вторник, 12 мая, сижу на работе. Сквозь ворох рабочих сообщений пробивается оповещение: “Видное, 15 лет, РАС”. На вечер есть важные планы, а в таких случаях действовать надо быстро. Пишу в чат, что готов взять поиск, но вечером нужно смениться. Отзывается старший на месте Юлия с позывным “Фенка”, спасибо ей. Она даже готова сразу приехать в штаб и помогать с самого старта. Разобрались. Закрываю рабочие чаты, о них больше не может быть и речи, запускаемся, едем.

РАС – это расстройство аутистического спектра. Проявляться оно может очень по-разному, в нашем случае, помимо прочего, мальчик не разговаривает.

Из вводной информации становится понятно, что 12 мая Алексей (имя изменено) около 7 утра вышел из дома, через несколько минут его видели в кафе, куда он часто заходит, после чего след потерялся.

На часах 15:25. Штаб начинает работу непосредственно из самого кафе – места последнего свидетельства. Отсматриваем камеры, определяем точное время и направление движения Алексея: в 8:40 он вышел и направился на север в сторону МКАДа. На его пути магазины, кафе, транспорт, речка, промзона, автомагистраль, лес…

Начинаем с самого опасного – отсекаем воду. Да, в мае купаться не принято, но день очень тёплый, и у детей с РАС отношение к температуре и воде может отличаться от того, к которому мы привыкли.

Получаем новое свидетельство. Наш парень в 8:50 заходил в “Пятёрочку” дальше по улице. Хорошо, но недостаточно, слишком давно. Отстаём на 7 часов.

Одной из особенностей нашего пропавшего является то, что он может заходить в магазины и кафе и брать еду. Нет, он не ворует. Просто в его картине мира, если ты хочешь поесть, то берёшь еду, – никакого злого умысла. Нам же это играет на руку, т. к. это вполне заметное поведение, и как раз оно приносит нам новое свидетельство – выясняется, что Алексей заходил в ресторанный комплекс на той же улице, но охрана выставила его за дверь, даже не попытавшись разобраться, что происходит. Это было также около 9 утра.

У нас есть цепочка свидетельств, но оптимизма это особо не внушает: все они были рано утром, сейчас же время близится к вечеру, а дорога, по которой передвигался Алексей, упирается сначала в стройку, потом в трассу, а ещё дальше — в МКАД и лес. Ничего из этого, очевидно, безопасным не является.

Отправляю группы на осмотр обочин, в лес и дальше – в ближайшие осколки цивилизации, с которыми граничит МКАД. Параллельно активно ведётся инфоработа, продолжаем собирать информацию о пропавшем.

Внезапное оживление в чате поиска. Какого-то мальчика, на вид 12–13 лет, нашли в одной из московских больниц. Связываемся, уточняем, получаем фото. Да! Наш! Но в этой больнице его больше нет. Ещё пара минут стресса, поиск контактов соц. службы, несколько звонков – и теперь уже точно можно ставить стоп.

Алексей действительно добрался до МКАДа, где неравнодушные люди обратили на него внимание и передали бригаде скорой помощи. Хорошо, что всё закончилось именно так. Спасибо тем неизвестным, кто проявил бдительность и заботу, это бесценно.

Огромное спасибо всем, кто принимал участие в поиске на месте и удалённо, всем, кто выехал и не успел доехать, и тем, кто был готов.

Традиционное большое спасибо нашим постоянным партнёрам – Яндексу, СДЭКу, Авито. Благодаря вам мы получаем самое бесценное, что может быть в поиске, – свидетельства.

Также отдельное спасибо Делимобилю за то, что с их помощью мы смогли оперативно добраться на поиск и быстро начать активно искать!»